• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Контакты

руководитель школы —
Пенская Елена Наумовна

 

заместитель руководителя — Ровинская Мария Михайловна

 

заместитель руководителя — Павловец Михаил Георгиевич

 

105066, Москва,
Старая Басманная ул.,
д. 21/4, к. 518-528
тел.: 8 (495) 772-95-90 *22699, *22687

 

Редактор сайта:

Мария Андреевна Кривошеина, преподаватель школы филологии, ma.krivosheina@gmail.com

II Летняя школа «Пространства европейской памяти»: впечатления участников

Студенты ОП "Филология" рассказали о своих впечатлениях от участия в московско-бременской летней школе.

Часть 1. Москва (1–8 мая 2018). Немцы в России и культура памяти мегаполиса сегодня

 

Полина Негуляева, 1 курс:

Мир! Труд! Май!

Под таким лозунгом начинаются майские каникулы студентов Вышки, для которых эта неделя выходных – возможность разобраться с дедлайнами и начать подготовку к экзаменам. Но 11 студентов, прошедших специальный отбор, не просто учились. Филологи, объединившись с историками и культурологами, смогли наряду со студентами из Бременского университета принять участие в работе Второй летней школы «Пространства европейской памяти».

 

В этом сезоне основной темой московской части стала история немцев в России и культура памяти в мегаполисе. Программа школы включала лекции о роли немцев в российской истории и культуре, экскурсии по «немецким местам» Москвы, а также посещение Мемориального музея немецких антифашистов в Красногорске и выставки «Театр жизни Каролы Неер» в правозащитном обществе «Мемориал». Кроме того, нас пригласили на мероприятие «Последнего адреса» – церемонию установки памятной таблички в память о расстрелянном юристе И.Я. Вейцере, который жил в Доме на набережной. Подробнее об этом событии можно прочитать здесь

Участники школы не только приобрели новые знания, но и внесли вклад в обработку архивных документов. Что интересно, перед нами ставились не изобретенные специально для обучения задачи, а цели, значимые для изучения и популяризации знания о немцах в России. Например, одна из групп составила на основе справочника расстрелянных в Москве немцев общий социальный портрет, другая оформила интервью с выходцами из поволжских немцев в сценарий фильма. Наконец, третья создала немецкоязычный транскрипт документального фильма Вольфганга Бергмана «Карола Неер: Причина смерти неизвестна!» – теперь можно и сделать субтитры к этой ленте, и быстрее и проще перевести ее на другие языки.

 

Ника Токарева, 1 курс:

На мой взгляд, цель этой Летней школы — не только повысить эрудированность ее участников и дать возможность разносторонне рассматривать историю, но и в первую очередь научить видеть то, на что не всегда обращают внимание. Многие ли из студентов ВШЭ знают, что немцы создавали антифашистские организации и учились в антифашистских школах, чтобы противостоять Гитлеру? Многие ли знают, что немецкие актеры и режиссеры из-за несогласия с политическим режимом в Германии в 1930-х гг. переезжали в Россию?

 

Особенность изучения истории памяти еще и в том, что необходимо эту память сохранять. В процессе групповой работы мы получили навыки межкультурной коммуникации и закончили небольшие проекты, которые теперь могут быть использованы будущими исследователями. 

Мне больше всего запомнилось посещение торжественной церемонии установки мемориальной таблички: я считаю, что проект «Последний адрес» необходим в современном мире. Очень важно устанавливать такие таблички каждому, кто пострадал от сталинских репрессий, и распространять информацию об этом проекте.

 

Маша Муханова, 1 курс: 

Летняя школа стала для меня не только новым шагом в академической жизни, но и важным поводом вспомнить и подробнее изучить историю своей семьи. Моя прабабушка была из русских немцев, и в октябре 1941 года ее сослали в Казахстан – об этом я знала всегда, и это стало одной из причин, почему я захотела участвовать в Летней школе. Поэтому и итогом для меня были не только новые знания и представление наших мини-проектов: уже после окончания летней школы я снова пришла в Мемориал, чтобы передать в архив сведения о репрессированных родственниках.

 

Кроме того, неделя общения со студентами Бременского университета помогла мне преодолеть языковой барьер и, когда это возможно, не бояться переходить с английского на немецкий. И, конечно, я еще больше заинтересовалась и немецкой культурой, и историей памяти в целом. Мне кажется, такие мероприятия и возможности – это повод для гордости нашего университета и ФГН в частности.

 

Даша Алабина, 3 курс:

Летняя школа – это интенсивная программа, наполненная различными мероприятиями и заданиями. Главной нашей задачей была работа над мини-проектами, каждый из которых важен для дальнейшего изучения истории русских немцев и немцев в России.

 

Все участники летней школы (студенты ВШЭ и студенты Бременского университета) разделились на три группы и работали над своей индивидуальной задачей. Почему это важно? Ответ прост: еще много документов не изучено, и наша работа важна для составления общей картины жизни русских немцев и дальнейшей популяризации этой темы. Группа, в которой я работала, занималась написанием сценария к документальному фильму, основываясь на трёх интервью русских немцев. Первоначально мы хотели составить общую картину русских немцев до войны, во время войны и после нее, то есть описать портрет русского немца, который прошёл через всё это. Но все три биографии оказались совершенно разными – каждый интервьюируемый прошёл свой собственный трудный путь. Поэтому мы выделили несколько критериев, согласно которым рассматривали каждого героя. Мы надеемся, что в дальнейшем на основе нашего проекта действительно будет снят фильм, потому что судьбы этих людей достойны внимания.

 

Часть 2. Бремен (2–9 июля 2018). История и память в музейном пространстве

 

Полина Негуляева: 

Если московская часть школы была посвящена немцам в московском пространстве, то в Бремене мы сосредоточились на анализе пространств памяти как таковых, хотя в каком бы музее ни оказалась наша группа, везде ощущалось взаимодействие двух изучаемых культур.

В первый день мы получили краткие инструкции от музейного куратора Соньи Кинцлер о том, как изучается подобное пространство и на что должен обратить внимание музейный аналитик. В итоге план анализа свелся к пяти вопросам:

1. Кто это говорит? (От кого исходит месседж экспозиции?)
2. Зачем и почему это нужно?
3. Как это можно сказать иначе?
4. Что упускается и по какой причине?
5. Не предпочли бы мы сходить в кино вместо посещения этого музея?

Обсудив предложенные вопросы, разобрав различия между подходами на ярком примере истории гончарного дела в Дании и разделившись на рабочие группы, мы с немецкими коллегами разработали планы для интервью с кураторами и отправились по музеям.

 

Даша Алабина: 

В первый день мы посетили два объекта в поселке Ворпсведе - Haus im Schluh (Хаус им Шлу) и Barkenhoff (Баркенхоф). Этот музейный комплекс посвящен художнику Генриху Фогелеру (1872, Бремен – 1942, пос. Корнеевка, Казахстан). Сами здания практически не изменились и представляют собой уютные дома-усадьбы, расположенные в живописной местности. В первом музее мы увидели инвентарь художника, услышали рассказ о его образе жизни. Затем мы пошли в Баркенхоф, где представлена коллекция картин Генриха Фогелера, в том числе его знаменитая «Весна», а также графика и дизайн в стиле ар-нуво. Здесь мы ознакомились и с жизненным путем художника.

Эта экскурсия мне запомнилась, в первую очередь, атмосферой, так как расположение музеев вызывает желание остаться здесь, вдали от города и шума, попить чай или кофе, насладиться умиротворяющей атмосферой. Кроме того, экскурсию проводила правнучка художника – Берит Мюллер, благодаря чему мы смогли получить информацию, которую бы не смог сообщить обычный экскурсовод, что несомненно впечатляет и вызывает еще больше интереса к экспозициям.

 

Второй музей, который мы посетили – это Krankenhaus-Museum (Больничный музей). Здание музея – это часть довоенного психиатрического комплекса, который в настоящее время также является больницей. Для меня информация о методах лечения таких больных в довоенное время оказалась совершенно новой, потому что всегда было впечатление, что психиатрическая больница – это одно большое здание, окруженное высокой стеной или забором. Здесь же мы столкнулись с новым методом – проживание больных в отдельных домиках, совместные работы, деление всего больничного комплекса на две части – мужскую и женскую.

 

Ника Токарева:

Второй посещенный нами музей – Музей-больница истории психиатрии. Куратор выставки Ахим Тишер провел нашу группу по всей территории и рассказал об истории больницы и о том, каким было лечение, как относились к людям с психическими расстройствами.

 

Мы узнали об истории развития психиатрии (в том числе во времена Третьего Рейха), о методах лечения. В экспозиции музея использовались интервью с родственниками бывших пациентов. Кроме того, нам как исследовательской группе г-н Тишер показал архив музея с документами, свидетельствами и личными делами, которые продолжают приносить родственники.

Третий музей, который одной из групп тоже предстояло проанализировать, – это Музей пятидесятых годов, расположенный на территории бывшей американской военной базы. Как поясняют кураторы, экспозиция создавалась с целью показать быт немцев после избавления от диктатуры. Здесь хранится собрание вещей, которыми пользовались в 50-е гг. Весь музей разделен на две большие секции – частный быт и уклад общественной жизни. Мы увидели магазины, типичные гостиные, спальни, детские, кафе, машины рядом с заправкой.

 

Выставку организовала Керстин фон Фрайтаг-Лорингхоф, жена Рюдигера Риттера, который сопровождал нас в музее. Изначальной целью не было создание музея: основательница просто собирала вещи по блошиным рынкам для своей частной коллекции, пока в какой-то момент вещей не стало достаточно для демонстрации публике.

 

Маша Муханова:

В последний день перед возвращением в Москву наступил ответственный момент — презентация групповых работ по анализу музейной экспозиции. Впрочем, это не помешало нам перед этим отправиться в Kunsthalle Bremen — вдохновляться работами немецких художников, а также прекрасной выставкой голландских мастеров с нетривиальным названием «Tulpen, Tabak, Heringsfang» («Тюльпаны, табак, лов сельди»).

 

На кампусе три группы участников летней школы представили свои работы. Многим удалось действительно критически подойти к анализу экспозиций трех посещенных нами музеев, выделить их сильные и слабые стороны, а также показать перспективу для дальнейших исследований.

 

Для каждого участника бременская летняя школа стала очень важным исследовательским опытом, а также научила эффективной работе в интернациональном коллективе: к концу недели мы уже почти не замечали, как переходим с немецкого на английский или русский и наоборот. Тем грустнее было говорить Бременскому университету «Tschüss!»; надеемся — что не навсегда.