• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

«Его интересы не знают границ», – пишут школьники

Журнал «Я Сириус» опубликовал интервью с научным сотрудником Лаборатории лингвистической конфликтологии и современных коммуникативных практик Александром Пиперски

Источник: http://i.sochisirius.ru/int_piperski
Автор: Елена Щербакова

Александр Чедович Пиперски — преподаватель, ученый, чьи научные интересны не знают границ, мастер, отвечающий за лекции в «Сириусе». 

Александр Пиперски большую часть своей жизни посвятил учебе, самообучению. Он непрерывно самосовершенствуется. Окончил филологический факультет МГУ имени М. В. Ломоносова, а уже в Германии — магистратуру Бременского университета. Сфера научных интересов Александра Чедовича велика: компьютерная лингвистика, корпусная лингвистика, сравнительно-историческое языкознание и многое другое. Звучит как сказка. Как один человек может охватывать так много информации? Об этом и о некоторых деталях своей жизни Александр рассказал в интервью для журнала «Я Сириус».

— В одном из ваших интервью вы затронули гендерную тему. Речь мужчин сильно отличается от речи женщин. Значит ли это, что мужчины и женщины думают по-разному или же это различие просто дань традиции? 

— Честно говоря, в той лекции, про которую вы говорите, я обычно рассказываю, что от пола, чисто физического, биологического пола, зависит только высота голоса. Например, у меня длиннее голосовые связки, чем у вас, потому что у меня есть адамово яблоко, а у вас нет, и от этого у меня ниже голос. Все остальное — это уже культурное. Не потому, что женщины мыслят по-другому, скорее всего, доказать это невозможно. Можно только доказать, что в одной культуре женщины делают чего-то больше или меньше, чем мужчины. И потом это обычно критические закономерности, то есть редко бывает, чтобы чего-то совсем не было у женщин, что есть у мужчин. 

— Вы преподаете информатику, но в тоже время сфера ваших научных интересов — лингвистика. Много ли общего между компьютерным языком и лингвистикой? 


— Я преподаю в основном компьютерную лингвистику. Если честно, в былые годы действительно преподавал информатику. Мне кажется, что общего много, потому что с помощью компьютерных технологий мы автоматически обрабатываем тексты на языки, получаем новую информацию. Такая автоматическая обработка, которую невозможно было бы получить вручную из-за того, что массивы текста большие. 

— Легко ли «переключаться» с одного предмета на другой? Или все дело в опыте? 

— Нет, это все вещи связанные. Конечно, надо помнить, что, когда занимаешься теоретической лингвистикой, это немного другая система понятий, чем компьютерная лингвистика. Стоит к этому привыкать, но в общем сложностей нет. 

— Как вам удалось добиться таких успехов в информатике? Как вы ее изучали? 

— Сам начал программировать по книжкам, и так дальше все и происходило, потому что научиться программировать на занятиях довольно сложно, хотя я и преподаю автоматическую обработку, естественно, за кадром понимаю, что самому надо много работать.

— Почему вы выбрали именно германские языки? 

— Потому что у меня была очень хорошая учительница немецкого языка в школе. Я очень любил ее уроки. 

— Почему для своего обучения вы выбрали МГУ? С вашим знанием немецкого могли бы в Германию поехать. 

— В Германии я учился потом, в магистратуре. Так что в таком юном возрасте мне не очень еще хотелось уезжать из Москвы, из дома. Я понимаю, что некоторым это может показаться странным, тем, кто переезжает в другие города, но вот у меня скорее так. 

— В русском языке картавость, дикция очень влияют на восприятие языка. Чувствуются ли такие минусы в германском произношении? 

— В разных языках: в немецком, в английском — есть какие-то вещи с особенностью произношения, но это чаще больше региональное произношение, то есть то, чего у нас довольно мало. У образованных людей при некоторых обстоятельствах можно услышать региональную принадлежность, но сложно, а в Англии и в Германии это вообще не проблема. Отвечая на ваш вопрос конкретно, могу сказать, что есть региональная вариативность, и не всегда это картавость. 

— Какой свой научный проект вы считаете самым выдающимся? 

— Наверное, самым успешным моим проектом пока что являлась книжка про искусственные языки, строение языков. Сейчас я больше работаю над запросами сравнения корпусов, и это примерно то, о чем я вам вчера рассказывал на лекции. Мне кажется самым интересным всегда то, что сейчас делаешь.

— Только что на дискуссии мы обсуждали плюсы и минусы компьютеров. На ваш взгляд, новые технологии — это плюс или это минус для литературы? 

— Я считаю, что это плюс для литературоведения, но и для литературы в общем тоже, потому что, на самом деле, облегчает распространение литературы. Вот представьте, что вам в редакцию пришлось бы послать рукопись. Вам пришлось бы набирать ее на печатной машинке, потом отправлять по почте, ждать решения... Не всегда рукопись возвращается, а если не вернули рукопись романа триста страниц? Это же катастрофа. А сейчас таких проблем нет.