• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Александр Пиперски отметил 130-летие эсперанто

Результатом празднования стало интервью научно-популярному порталу «Чердак»

Автор: Екатерина Боровикова,
научно-популярный портал «Чердак»
Ссылка
: https://chrdk.ru/other/esperanto

130 лет назад врач и лингвист Лазарь Заменгоф опубликовал первый учебник эсперанто. С тех пор эсперанто стал единственным из искусственных языков, который получил широкое распространение (на нем говорят до 2 млн человек), но так и не стал языком международного общения. «Чердак» поговорил с лингвистом Александром Пиперски, автором книги «Конструирование языков: от эсперанто до дотракийского», почему так получилось и как развивается эсперанто сейчас.

 — Искусственные языки — ваш основной предмет исследования?

— Нет. Я занимаюсь компьютерной и корпусной лингвистикой. Боюсь, что если бы я захотел сделать искусственные языки основным предметом своего исследования, то в академической лингвистике мне было бы ловить нечего. Это не очень популярная тема, и, хотя многие лингвисты увлекаются искусственными языками, мало кому удается сделать их своей основной специальностью.

— Почему в академической среде не популярны искусственные языки?

— Лингвистов интересует язык как результат естественного развития, а искусственные языки изобретены отдельными людьми, поэтому считается, что законов природы на их материале увидеть нельзя. Хотя мне кажется, что как раз на контрасте с искусственными языками лучше понять устройство естественных.

Например, есть искусственные языки, в которых числительные для соседних чисел отличаются друг от друга на одну букву: ba — это «один», ca — «два», da — «три» и так далее. В естественных языках такое тоже бывает, но редко, например «девять» и «десять» в русском языке. Возникает вопрос, почему в естественных языках это такая редкость.

Это сразу выводит нас на вопросы теории информации, в частности понятие избыточности: для различения слов в устной речи нужно, чтобы потеря одного звука не приводила к потере смысла высказывания, то есть естественные языки более устойчивы к помехами при передаче информации. Искусственные языки в этом смысле бывают менее устойчивы. Хотя, конечно, мало на каких из них кто-то говорит. Реально для общения используется только эсперанто, а он как раз весьма близок к естественным языкам.

— Эсперанто — самый известный и распространенный из искусственных языков. Почему ему так повезло?

— У него была понятная целевая аудитория: Заменгоф разрабатывал эсперанто для образованного европейца, который говорит на романском, германском или славянском языке, соответственно, лексика эсперанто — это смесь элементов из этих языков, что очень облегчает его изучение по сравнению с другими искусственными языками. Даже если вы не знаете немецкого, вы, скорее всего, слышали, что по-немецки «Добрый день» — это Guten Tag. А в эсперанто «день» будет tago.

Заменгоф рассчитывал, что эсперанто станет международным вспомогательным языком. Обычно в этой функции используются естественные языки, например сейчас — английский, раньше — французский. Но это не очень честно: кому-то с рождения достался английский язык, а кому-то приходится его мучительно учить. Эту проблему и должен был решить эсперанто.

— Почему же он тогда не стал языком международного общения, и нам все-таки приходиться мучительно учить английский?

— У Пастернака есть такие строки:

Однажды Гегель ненароком
И, вероятно, наугад
Назвал историка пророком,
Предсказывающим назад.

Так вот, «предсказывать назад» и рассуждать, почему эсперанто не стал особенно популярен можно, но одной причины тут назвать нельзя. Я думаю, это результат стечения разных обстоятельств.

Например, в Европе в XX веке шли войны. В частности, после Второй мировой язык так и не набрал довоенной популярности, так как значительная часть эсперанто-сообщества пострадала в войне, как и все европейское население в целом. Америка же была более благополучной страной, но в ней не было сильного эсперанто-движения. Там есть эсперантисты, но все-таки больше этот язык распространен в Восточной Европе и в Южной Америке.

Также эсперанто так и не удалось протащить в качестве официального языка в ООН, хотя это вполне серьезно обсуждалось и его судьба могла сложиться по-другому.

— Есть ли какой-то практический смысл в изучении эсперанто сейчас?

— Практического смысла довольно мало, но ведь не все, что мы делаем, несет в себе практический смысл. Собирать марки не очень практично. Так и здесь: эсперанто вряд ли поможет вам сделать карьеру, но, выучив его, вы сможете читать на этом языке, участвовать в социальной жизни — ездить на конгрессы, участвовать в издании журналов, общаться с единомышленниками. У эсперантистов есть даже свой аналог каучсерфинга.

Хотя вот в Венгрии эсперанто учат в школе. Венгерский педагог Ласло Полгар, отец известных шахматисток сестер Полгар, учил их не только шахматам, но и эсперанто. Возможно, из-за того что венгерский язык совсем не похож на языки соседних стран, венграм изучение эсперанто помогает в налаживании контактов с окружающим миром.

— Насколько сейчас распространен эсперанто?

— По разным оценкам, на нем говорят от 200 тысяч до 2 миллионов человек. Это немало: в России больше сотни языков, и только на двух из них — русском и татарском — говорят более двух миллионов человек. Правда, непонятно, до какой степени носители эсперанто действительно владеют этим языком: кто-то может свободно говорить, а кто-то только читает.

— Эсперанто создан уже очень давно. Как он менялся за это время?

— В 1905 году была опубликована книга Fundamento de Esperanto («Основы эсперанто»), которую официальный нормирующий орган, Академия эсперанто, признает основным источником норм этого языка и отклонений от них не допускает.

Там обрисована лишь общая канва: 16 грамматических правил, алфавит, но ведь нужно постоянно обновлять лексику, так как появляются новые реалии. Кроме того, в результате использования языка появляются устойчивые сочетания, причем они могут быть разными у носителей разных родных языков.

В общем, эсперанто эволюционирует, как естественный язык, тем более что есть люди, которые являются его носителями с детства, около тысячи человек.

В семьях эсперантистов бывает, что отец говорит с ребенком на эсперанто, а мать — на родном языке. Так что эсперанто оказывается одним из немногих языков, который перенимается от отцов, обычно ребенок все же усваивает язык больше в процессе общения с матерью.

— Как в эсперанто пополняется лексика? Вот, например, появились в нашей жизни смартфоны, есть ли слово для них в эсперанто?

— В эсперанто вообще очень богатое словообразование, и новые слова — это не проблема. Дальше новое слово начинает использоваться, распространяться и может попасть в словарь эсперанто.

Про смартфон была целая дискуссия, как образовать это слово на эсперанто, предлагалось много вариантов: kompufono — смесь компьютера с телефоном, saĝtelefono — «мудрый телефон». Не знаю, правда, чем закончилось.

— Есть ли у эсперанто конкуренты среди искусственных языков по распространенности?

— На рубеже XIX—XX веков с появлением телеграфа и железной дороги возникла и потребность в коммуникации между носителями разных языков. Поэтому в то время было много проектов по созданию искусственных языков, в частности вспомогательных языков на романской основе. Наверное, кроме эсперанто, ближе всего к успеху был язык идо, который отпочковался от него в процессе совершенствования грамматики. В первой половине XX века на нем говорило некоторое количество людей, но потом все это сошло на нет, так что эсперанто сейчас вне конкуренции.

— Сейчас кто-то изобретает искусственные языки?

— Сейчас создается очень много языков для литературы и кино, это стало особенно популярно после Толкиена. Кроме того, сейчас стало гораздо проще опубликовать результаты своего труда: придумал язык — сделал страничку в интернете. Однако эпиграф к книжке Заменгофа, 130-летие который мы празднуем, предупреждает: «Чтобы язык был всемирным, недостаточно назвать его таковым».